17 апреля 2026 года Управление по контролю за иностранными активами Министерства финансов США (OFAC) опубликовало Генеральную лицензию GL 134B, заменившую истекшую 11 апреля GL 134A. Продление лицензии OFAC на нефть оформлено по знакомой схеме: разрешены все транзакции, необходимые для продажи, доставки и выгрузки российской нефти и нефтепродуктов, погруженных на судно не позднее 17 апреля 2026 года. Срок действия новой лицензии установлен до 16 мая 2026 года.

Что изменилось в GL 134B по сравнению с GL 134A

Структурно GL 134B почти дословно повторяет GL 134A. Изменились только две ключевые даты: дата отсечки по погрузке сдвинута с 12 марта на 17 апреля 2026 года, а срок действия лицензии продлен до 16 мая 2026 года.

Все остальное осталось неизменным. Параграф (a) охватывает тот же стандартный набор операций: безопасную швартовку и стоянку судов, медицинское обеспечение экипажей, аварийный ремонт, экологические мероприятия, услуги судового менеджмента, бункеровки, лоцманской проводки, регистрации, страхования, классификации и спасательных операций. Лицензия по-прежнему распространяется даже на заблокированные суда, в том числе фигурирующие в списке SDN.

Параграф (b) содержит тот же набор юрисдикционных исключений, который появился в GL 134A: лицензия не разрешает транзакции с участием лиц из Ирана, КНДР, Кубы, особых регионов Украины (Covered Regions of Ukraine по E.O. 14065) и Крыма (по E.O. 13685), а также организаций, принадлежащих таким лицам, контролируемых ими или участвующих с ними в совместных предприятиях.

Шестидневный пробел между GL 134A и GL 134B

Наибольшего внимания заслуживает не сам факт выпуска GL 134B, а обстоятельства ее появления. GL 134A истекла 11 апреля; GL 134B вступила в силу только 17 апреля. Между двумя лицензиями образовался пробел в шесть календарных дней, когда ни одна генеральная лицензия не покрывала продажу и выгрузку российской нефти по параметрам серии 134.

Для рынка это создает конкретную проблему. Грузы, погруженные в период с 11 по 16 апреля, вообще не покрывались GL 134A (ее лимит по погрузке истекал в ночь с 11 на 12 марта), и оставались вне разрешительного периметра вплоть до появления GL 134B. Отдельный слой рисков касается любых транзакций в окне с 11 по 16 апреля: даже для грузов, подпадавших под GL 134A по дате погрузки, сама выгрузка или связанные услуги в этом шестидневном промежутке формально выпадали из действия истекшей лицензии и еще не покрывались будущей GL 134B.

OFAC никак публично не прокомментировало этот пробел. Здесь возможно несколько интерпретаций. Первая: пауза была административной, и OFAC рассчитывало, что участники рынка удержат грузы до выхода новой лицензии. Вторая: пауза использована как инструмент давления, тонкое напоминание рынку о том, что продление лицензии OFAC на нефть не является автоматическим. Третья: неоднозначная позиция администрации Трампа по этому вопросу не позволила оформить продление в срок, и пробел стал оказался своеобразным побочным эффектом.

Какая бы версия ни соответствовала действительности, вывод для участников рынка один: работа на нескольких последовательных генеральных лицензиях без учета возможных пауз между ними является высокорисковым комплаенс-допущением.

Третий документ в серии: от исключения к циклу

GL 134B — это уже третий документ в данной серии: сначала была GL 134 (12 марта, универсальная география взамен индийского коридора GL 133), затем GL 134A (19 марта, добавление юрисдикционных исключений без изменения основных дат), теперь GL 134B (17 апреля, сдвиг дат погрузки и срока действия на новый 30-дневный цикл).

Продление лицензии OFAC на нефть, еще недавно характеризовавшееся Министром финансов Скоттом Бессентом как «намеренно краткосрочная мера», постепенно превращается в регулярный инструмент. Примерно с месячным интервалом OFAC переоформляет разрешение, сдвигая дату отсечки по погрузке вперед на четыре-пять недель.

Содержательно это означает переход к управлению санкциями на российскую нефть в режиме реального времени. Архитектура запрета формально сохраняется: президентский указ E.O. 14024 и соответствующие правила 31 CFR part 587 не отменены, вторичные санкционные риски для третьих стран не сняты, ценовой потолок G7 продолжает действовать. Однако поверх этой архитектуры надстроен параллельный разрешительный режим, который обновляется ежемесячно и требует отдельного прочтения каждый раз.

Для участников рынка это создает двухслойную регуляторную картину: базовые запреты остаются стабильными, разрешительные исключения меняются с месячной частотой.

Геополитический контекст: Иран, Украина, цены на нефть

Факторы, породившие первую лицензию серии, никуда не исчезли. Иранский конфликт продолжается, мировые цены на нефть остаются выше 90 долларов за баррель, индийские и европейские покупатели по-прежнему зависят от поставок, часть которых исторически шла через Ормузский пролив. Ни одно из этих фундаментальных обстоятельств не стабилизировалось в той мере, чтобы Вашингтон мог позволить себе отказаться от нефтяного клапана.

Параллельно активно продвигаются переговоры по украинскому урегулированию. Юрисдикционные исключения, добавленные в GL 134A и дословно воспроизведенные в GL 134B (особые регионы Украины и Крым), выполняют функцию переговорного резерва: они обеспечивают, что текущие нефтяные послабления технически не распространяются на территории, статус которых остается предметом международного спора. Это сохраняет за администрацией Трампа свободу маневра при выстраивании будущей пакетной сделки по Украине.

Если украинский трек выйдет на финальную стадию, содержание следующих лицензий (предположительно, GL 134C и далее) может принципиально измениться: возможны отмена отсечки по дате погрузки, расширение разрешенных операций или смягчение условий по ценовому потолку. Пока же продление лицензии OFAC на нефть идет по инерционному сценарию, повторяя параметры предшественницы с минимальными корректировками.

Практические выводы для комплаенса

Для компаний, работающих в сфере международной торговли, судоходства, судового финансирования и связанных сервисов, появление GL 134B ставит несколько конкретных задач.

Первое: актуализируйте ссылочную базу. Все внутренние меморандумы, комплаенс-процедуры и договорные оговорки, ссылающиеся на GL 134A, подлежат немедленной замене на GL 134B. Работа по документам, ссылающимся на истекшую лицензию, не защищает от санкционной ответственности.

Второе: документально зафиксируйте положение активов в период с 11 по 17 апреля. Если ваши грузы или суда находились в процессе операций, ранее охваченных GL 134A, проверьте, завершились ли такие операции до 12:01 ночи 11 апреля по восточному летнему времени (EDT). Те, что не успели, требуют отдельного юридического анализа.

Третье: сохраните расширенный контрагентский скрининг. Юрисдикционные исключения GL 134B идентичны GL 134A: Иран, КНДР, Куба, особые регионы Украины, Крым. Скрининг цепочек субподрядчиков (судовых менеджеров, страховщиков, буксирных компаний) должен покрывать все эти юрисдикции.

Четвертое: заложите в комплаенс-программу ожидание следующего продления. Учитывая, что продление лицензии OFAC на нефть происходит уже во второй раз в рамках единой серии, разумно готовиться к тому, что ориентировочно в середине мая 2026 года может выйти очередная итерация с отсечкой по погрузке примерно в районе 15–16  мая. Планирование поставок с горизонтом за пределами 16 мая 2026 года должно исходить из этого допущения, но с четким пониманием, что никакой гарантии продления нет.

Заключение

GL 134B на первый взгляд выглядит как механическое продление предшествующей лицензии. По сути так оно и есть: те же разрешения, те же исключения, измененные только даты. Однако в совокупности с GL 134 и GL 134A эта третья итерация превращает временное изъятие в ежемесячно возобновляемый режим.

Для бизнеса это создает две параллельные задачи: оперативный мониторинг новых выпусков генеральных лицензий и тщательный учет возможных пауз между ними. Истекающая лицензия не гарантирует выхода замены ровно к моменту истечения. Полагаться на непрерывность разрешительного периметра, сложившегося из трех последовательных генеральных лицензий, значит принимать на себя существенный санкционный риск.